Классическая проза
-
Мартин Иден
Нет в наличииСамый необычный роман Джека Лондона. Роман, который, что называется, взорвал сознание нескольких поколений интеллигентных юношей многих стран, одержимых его почти ницшеанской идеей "сильного мужчины", преодолевающего любые препятствия. Сейчас, конечно, ницшеанские мотивы романа уже изжиты, - но основная его идея осталась по-прежнему неизменной… Настоящий мужчина никогда ничего не боится, никогда не совершает предательства, всегда готов встретиться с врагом - и защитить свою любимую женщину. Банально? Нет, - только не для неподвластных времени героев Джека Лондона.
-
Ночь в Лиссабоне
Нет в наличии«Ночь в Лиссабоне» - трагический и проницательный роман Эриха Марии Ремарка о Второй мировой войне. Рассказ Ремарка - это не просто одна ночь в Лиссабоне. Это не просто случайная встреча двух отчаянных человеческих душ, одно из которых безуспешно пытается раздобыть билеты на корабль до Америки, а второй ищет спутника, чтобы поделиться своими сокровенными мыслями.
-
Луна и грош
Нет в наличииПотрясающая история художника, бросившего все, ради своей мечты. Его страсть — свобода. Его жизнь — творчество. Его рай — экзотический остров Полинезии. А его прошлое — лишь эскиз к самой величайшей его работе, в которой слилось возвышенное и земное, "луна" и "грош".
-
Колыбель для кошки. Бойня №5
Нет в наличииПослушайте — когда-то, две жены тому назад, двести пятьдесят тысяч сигарет тому назад, три тысячи литров спиртного назад… Тогда, когда все были молоды… Послушайте — мир вращался, богатые изнывали от глупости и скуки, бедным оставалось одно — быть СВОБОДНЫМИ и УМНЫМИ. Правда была неправдоподобнее всякого вымысла. Женщины были злы и красивы, а мужчины — несчастны и полны глупых надежд. И крутилась, крутилась жизнь, запутывалась все сильнее — как дикая, странная игра под названием «КОЛЫБЕЛЬ ДЛЯ КОШКИ»…
Доброволец в рядах американской армии во время Второй мировой войны, попавший в плен к немцам, свидетель почти полного уничтожения Дрездена, Воннегут перенес этот опыт на страницы своего самого знаменитого романа – «Бойня номер пять, или Крестовый поход детей», в котором стираются грани между настоящим и прошлым, миром и войной, реальностью и фантазией, безумием и трезвостью.
-
Колыбель для кошки
Нет в наличииПослушайте - когда-то, две жены тому назад, двести пятьдесят тысяч сигарет тому назад, три тысячи литров спиртного назад... Тогда, когда все были молоды... Послушайте - мир вращался, богатые изнывали от глупости и скуки, бедным оставалось одно - быть свободными и умными. Правда была неправдоподобнее всякого вымысла. Женщины были злы и красивы, а мужчины - несчастны и полны глупых надежд. И крутилась, крутилась жизнь, запутывалась все сильнее - как дикая, странная игра под названием КОЛЫБЕЛЬ ДЛЯ КОШКИ...
-
Искра жизни
Нет в наличииЧто еще остается у людей, захлебывающихся в огненном водовороте войны? Что остается у людей, у которых отняли надежду, любовь - и, по сути, даже саму жизнь? Что остается у людей, у которых не осталось просто ничего? Всего-то - искра жизни. Слабая, но - негасимая. Искра жизни, что дает людям силу улыбаться на пороге смерти. Искра света - в кромешной тьме…
-
Искра жизни
Нет в наличииЧто остается у людей, захлебывающихся в огненном водовороте войны? Что остается у людей, у которых отняли надежду, любовь - и, по сути, даже саму жизнь? Что остается у людей, у которых не осталось просто ничего? Всего-то - искра жизни. Слабая, но - негасимая. Искра жизни, что дает людям силу улыбаться на пороге смерти. Искра света - в кромешной тьме...
-
Цветы для Элджернона
Нет в наличии"Цветы для Элджернона" Дэниела Киза входят в программу обязательного чтения в американских школах. Эта единственная история в жанре научной фантастики, автор которой был дважды награжден сначала за рассказ, а потом за роман с одним и тем же названием, героем, сюжетом. Тридцатитрехлетний Чарли Гордон - умственно отсталый. При этом у него есть работа, друзья и непреодолимое желание учиться. Он соглашается принять участие в опасном научном эксперименте в надежде стать умным… Эта фантастическая история обладает поразительной психологической силой и заставляет задуматься над общечеловеческими вопросами нравственности: имеем ли мы право ставить друг над другом эксперименты, к каким результатам это может привести и какую цену мы готовы заплатить за то, чтобы стать "самым умным". А одиноким? На вопросы, которые поднимали еще М.Булгаков в "Собачьем сердце" и Дж.Лондон в "Мартине Идене", Дэниел Киз дает свой однозначный ответ.
-
Идиот
Нет в наличии«Идиот». Роман, в котором творческие принципы Достоевского воплощаются в полной мере, а удивительное владение сюжетом достигает подлинного расцвета. Яркая и почти болезненно талантливая история несчастного князя Мышкина, неистового Парфена Рогожина и отчаявшейся Настасьи Филип-повны, много раз экранизированная и поставленная на сцене, и сейчас завораживает читателя…
-
Игра в классики
Нет в наличииПеред вами - ИГРА В КЛАССИКИ. Книга, которую литературные критики традиционно сравнивают то с "Игрой в бисер" Германа Гессе, то с "Улиссом" Джеймса Джойса. Книга, считающаяся своеобразным эталоном магического реализма. ИГРА В КЛАССИКИ. Текст в тексте. Роман, в котором мистические откровения подлежат жесткой классификации, а обычные события обретают глубинный, многоуровневый смысл. Книга, без которой не было бы не только Фаулза и Коэльо, но даже и "позднего" Маркеса!
-
Игра в бисер
Нет в наличииПеред вами — книга, без которой немыслима ВСЯ культура постмодернизма Европы — в литературе, в кино, в театре. Что это — гениальный авангардистский роман, стилизованный под философию сюрреализма, или гениальное философское эссе, стили-зованное под сюрреалистический роман? Пожалуй, ТЕПЕРЬ это и не важно. Важно одно — идут годы и десятилетия, а изысканной, болезненной и эзотеричной «игре в бисер» по-прежнему нет конца. Ибо такова игра, в которую играют лучшие из людей…
-
Игра в бисер
Нет в наличииПеред вами — книга, без которой немыслима ВСЯ культура постмодернизма Европы — в литературе, в кино, в театре. Что это — гениальный авангардистский роман, стилизованный под философию сюрреализма, или гениальное философское эссе, стили-зованное под сюрреалистический роман? Пожалуй, ТЕПЕРЬ это и не важно. Важно одно — идут годы и десятилетия, а изысканной, болезненной и эзотеричной «игре в бисер» по-прежнему нет конца. Ибо такова игра, в которую играют лучшие из людей…
-
Игра в бисер
Нет в наличииПеред вами — книга, без которой немыслима ВСЯ культура постмодернизма Европы — в литературе, в кино, в театре. Что это — гениальный авангардистский роман, стилизованный под философию сюрреализма, или гениальное философское эссе, стили-зованное под сюрреалистический роман? Пожалуй, ТЕПЕРЬ это и не важно. Важно одно — идут годы и десятилетия, а изысканной, болезненной и эзотеричной «игре в бисер» по-прежнему нет конца. Ибо такова игра, в которую играют лучшие из людей…
-
Земля обетованная
Нет в наличии"Земля обетованная" - роман, опубликованный уже после смерти великого немецкого писателя. Судьба немецких эмигрантов в Америке. Они бежали от фашизма, используя все возможные и невозможные способы и средства. Бежали к последнему бастиону свободы и независимости.
Однако Америка почему-то не спешит встретить их восторгами. Беглецов ждет... благопристойное и дружелюбное равнодушие обитателей страны, давно забывшей, что такое война и тоталитарный режим. И каждому из эмигрантов предстоит заново строить жизнь там, где им предлагают только одно - самим о себе позаботиться.
-
Земля обетованная
Нет в наличии"Земля обетованная" - роман, опубликованный уже после смерти великого немецкого писателя. Судьба немецких эмигрантов в Америке. Они бежали от фашизма, используя все возможные и невозможные способы и средства. Бежали к последнему бастиону свободы и независимости.
Однако Америка почему-то не спешит встретить их восторгами. Беглецов ждет... благопристойное и дружелюбное равнодушие обитателей страны, давно забывшей, что такое война и тоталитарный режим. И каждому из эмигрантов предстоит заново строить жизнь там, где им предлагают только одно - самим о себе позаботиться.
-
Заводной апельсин
Нет в наличии«Заводной апельсин» – литературный парадокс ХХ столетия. Продолжая футуристические традиции в литературе, экспериментируя с языком, на котором говорит рубежное поколение malltshipalltshikov и kisok «надсатых», Энтони Бёрджесс создает роман, признанный классикой современной литературы.
Умный, жестокий, харизматичный антигерой Алекс, лидер уличной банды, проповедуя насилие как высокое искусство жизни, как род наслаждения, попадает в железные тиски новейшей государственной программы по перевоспитанию преступников и сам становится жертвой насилия. Можно ли спасти мир от зла, лишая человека воли совершать поступки и превращая его в «заводной апельсин»? Этот вопрос сегодня актуален так же, как и вчера, и вопрос этот автор задает читателю.
-
Заводной апельсин
Нет в наличии«Заводной апельсин» – литературный парадокс ХХ столетия. Продол-жая футуристические традиции в литературе, экспериментируя с языком, на котором говорит рубежное поколение malltshipalltshikov и kisok «надсатых», Энтони Бёрджесс создает роман, признанный классикой современной литературы. Умный, жестокий, харизматичный антигерой Алекс, лидер уличной банды, проповедуя насилие как высокое искусство жизни, как род наслаждения, попадает в железные тиски новейшей государственной программы по перевоспитанию преступников и сам становится жертвой наси-лия. Можно ли спасти мир от зла, лишая человека воли совершать пос-тупки и превращая его в «заводной апельсин»? Этот вопрос сегодня актуален так же, как и вчера, и вопрос этот автор задает читателю.
-
Жизнь взаймы
Нет в наличии«Жизнь взаймы» — это жизнь, которую герои отвоевывают у смерти. Когда терять уже нечего, когда один стоит на краю гибели, так эту жизнь и не узнав, а другому эта треклятая жизнь стала невыносима.
И как всегда у Ремарка, только любовь и дружба остаются незыблемыми. Только в них можно найти точку опоры.
По роману «Жизнь взаймы» был снят фильм с легендарным Аль Пачино.
-
Жизнь взаймы
Нет в наличииЖизнь взаймы. Жизнь, когда не жаль ничего, потому что терять, в сущности, уже нечего.
Это — любовь на грани обреченности.
Это — роскошь на грани разорения.
Это — веселье на грани горя и риск на грани гибели. Будущего — нет. Смерть — не слово, а реальность. Жизнь продолжается. Жизнь прекрасна!..
-
Любовь во время чумы
Нет в наличииИстория настоящей любви, которая победила все – жизненные неурядицы, расстояние, время и даже несовершенство души человека. Необыкновенной красоты девушка Фимина под давлением своего отца отвергла юношескую любовь Фьорентино Ариса и отдала предпочтение стать женой доктора Хувеналя Урбино, мечтающий избавить испанский народ от чумы. Отвергнутый Фьорентино не утратил надежды. Он все еще ждет, а его любовь к Фемине становится только сильнее…
-
Жизнь взаймы
Нет в наличииЖизнь взаймы. Жизнь, когда не жаль ничего, потому что терять, в сущности, уже нечего. Это — любовь на грани обреченности. Это — роскошь на грани разорения. Это — веселье на грани горя и риск на грани гибели. Будущего — нет. Смерть — не слово, а реальность. Жизнь продолжается. Жизнь прекрасна!..
-
Джейн Эйр
Нет в наличииЭто — одна из самых знаменитых книг всех времен и народов. Книга, на которой выросли поколения и поколения читательниц. Книга, которая не стареет и не теряет своего обаяния. Книга, которая экранизировалась бессчетное количество раз, однако даже удачные экранизации не в силах были передать всю ее прелесть и всю силу ее воздействия на женское сердце. Это «Джейн Эйр» — один из немногих любовных романов, вошедших в золотой фонд мировой литературы.
-
Двенадцать рассказов-странников
Нет в наличииНад рассказами, вошедшими в сборник, великий Маркес работал во-семнадцать лет. Не потому ли, что писатель возвращался к ним снова и снова, все они восхищают отточенностью стиля, совершенством формы и удивительной точностью воплощения авторской идеи? О людях, которые приносят в добровольное (или не очень) изгнание привычное ощущение жизни в центре магических, сюрреалистических событий – и невольно заражают им окружающих. Двенадцать маленьких шедевров. Двенадцать коротких историй о латиноамериканцах в Европе. Барселона. Бразильская «ночная бабочка» одержима идеей научить своего пса оплакивать могилу, которая станет последним местом ее упо-коения… Женева. Изгнанный диктатор маленькой карибской страны становится постояльцем в доме водителя «скорой помощи»… Тоскана. Семейство туристов неожиданно встречается с призраком в замке, где теперь обитает знаменитый писатель из Венесуэлы… Что еще подарит Латинская Америка скучной и скучающей Европе – какое чудо, какую опасность?
-
Да здравствует фикус!
Нет в наличии«Да здравствует фикус!» (1936) — горький, ироничный роман, во многом автобиографичный.
Главный герой — Гордон Комсток, непризнанный поэт, писатель-неудачник, вынужденный служить в рекламном агентстве, чтобы заработать на жизнь. У него настоящий талант к сочинению слоганов, но его работа внушает ему отвращение, представляется карикатурой на литературное творчество. Он презирает материальные ценности и пошлость обыденного уклада жизни, символом которого становится фикус на окне. Во всех своих неудачах он винит деньги, но гордая бедность лишь ведет его в глубины депрессии…
Комстоку необходимо понять, что кроме высокого искусства существуют и простые радости, а в стремлении заработать деньги нет ничего постыдного. Что же спасет его?
